НА ФОРУМАХ
30
7
38
5
783
9

Григорий Крапухин: Папа Карло, Буратино и я

Григорий Крапухин: Папа Карло, Буратино и я

В старину зодчие соревновались в изобретательности, возводя резные терема и чертоги. Среди современных российских мастеров есть те, кто успешно развивает древние традиции. Григорий Крапухин – автор нескольких уникальных технологий, позволяющих строить необыкновенные дома – теплые, пожароустойчивые, а главное – очень дешевые. Девиз его КБ: «Покажите нам технологию лучше, и мы вам построим дом бесплатно». «Мы не отказываемся от своих слов», - говорит Крапухин. 

- Григорий Анатольевич, чем ваши дома отличаются от домов конкурентов?

- Если сравнивать нашу работу с работой конкурентов, которые строят дома по технологиям либо старым, либо приехавшим с Запада, то мы выигрываем практически по всем параметрам. Приходите, обращайтесь, мы это легко докажем. В первую очередь, это цена, потом – качество, теплосопротивление, скорость строительства и другие чисто технологические параметры. На все наши разработки существуют патенты – и на конструкцию бруса (там много хитростей, тонкостей), и на конструкцию стены. Весь комплект оборудования, используемый для работы, тоже разработан нами.
На наших стенах из натурального бруса вы не увидите трещин - при том, что толщина стены - 215 мм и более. Любой материал – круглый, квадратный, какой угодно – мы сушим без трещин. Это тоже наша разработка, наш патент. И на сегодняшний день ни за рубежом, ни здесь, в России нет технологии, кроме нашей, которая позволяет строить стены толще 200  мм вот с таким качеством - без трещин, без поводок. Только у нас, и она запатентована, естественно, здесь, в России. И стена эта никогда не расклеится, потому что не клееная. 

- Кто для вас является ориентиром в области качества? 


- На сегодняшний день лидерами по качеству являются, в основном, финны. Но, во-первых, цена у них очень высокая, во-вторых, они работают исключительно с клееным брусом. А многие заказчики его не хотят, отказываются, - и правильно, ничего хорошего в нем нет. Чтобы склеить куб бруса, надо влить туда от 8 до 12 кг клея. И если у вас 100 кубометровый дом, то клея будет уже тонна. И это не манная каша, это химия, а заказчик стремится к натуральному материалу.

- Из какого материала вы делаете ваш брус? 


- Из любого хвойного материала – ель, сосна, лиственница, пихта и, естественно, кедр. С точки зрения технологии производства разницы нет. Дело в том, что уникальная сушка с помощью Bi-резонансного ультразвука уравнивает все породы. Сушка идет примерно в 3-4 раза быстрее, чем известными классическими методами.

Крапухин 2.jpg


- Есть ли разница, из какой местности привезен лес?


- Вопреки существующему мнению, что самый лучший лес - северный,  могу сказать с полной ответственностью, что для домостроения, как ни парадоксально, больше подходит лес южный. Он более мягкий и теплый, поскольку коэффициент теплопередачи у него ниже. А архангельский лес хорош для столяра - он плотный, крепкий, сучков там поменьше. Сами мы работаем с костромским лесом. На месте его распиливают на брус, на доски, и сюда он приезжает в виде полуфабриката.

- Чем плох клееный брус?

- После первой же приклеенной дощечки клеевой шов уже не дает возможности дышать брусу. А ее одной недостаточно, чтобы впитывать необходимый объем влаги и отдавать ее, поддерживая микроклимат в доме. Дом из клееного бруса в кругах специалистов не является деревянным, он, скорее, каркасник.

- Почему же продвинутые финны используют эту технологию?

-   На Западе уже нет толстых больших стволов, там, в основном, саженый лес 40-50-ти лет. Из него бруса не сделаешь. Если дощечки распилить, а потом склеить в нужном порядке, получишь брус, что называется «по финской технологии», «по канадской» - и далее везде со всеми остановками. Непонятно, зачем это делать в России, если у нас и толстых стволов еще достаточно. И технологии нашей компании позволяют, обходясь без химических клеев, сложить из мелкого леса любую необходимую толщину стены. Хоть полметра заказывайте, - сделаем. 

- Как вы используете отходы производства?


-  Отходов производства нет вообще, более того, нам их не хватает, поскольку вся стружка, все опилки, все обрезки идут в печку. Всё то, что горит - и мусор заодно туда же. Для того, чтобы сушить брус, нужно топить котел, помимо этого - отапливать цех, в котором мы проводим эксперименты. Всё это требует тепловых затрат. 

7.jpg


- Сколько человек работает на вашем производстве? Они местные или приезжие?


- На нашем производстве, как правило, работает человек 8-10 – те, кто непосредственно принимает древесину, сушит, обрабатывает, упаковывает и отправляет дальше.  Еще примерно человек 30 работают на выезде, занимаются сборкой домов, отделкой. 
В основном, это приезжие рабочие из солнечной Молдавии, Украины, Узбекистана, но все они в обязательном порядке проходят обучение здесь, в нашей компании. Просто так никого на стройку не посылаем.  Обучаться надо недели две-три, не меньше. Я даю общие знания, после этого надо поработать в бригаде, которая умеет строить, и только после этого новичка «выпускают», чтобы он мог трудиться самостоятельно. 

- С какими заказчиками вы работаете?


- Со всей Россией. У нас есть сайт, по нему народ нас находит. Примерно 60% людей приводит «сарафанное радио», 40 - реклама. В  последнее время наметилась тенденция движения деревянной технологии на юг, а так, в основном, заказчики - из Московской и прилегающих областей.

У нас несколько технологий строительства деревянных домов. Для лесных регионов - одна, для нелесных или малолесных – другая, так что они охватывают все регионы России.   

- Приходится ли заказчиков уговаривать использовать новые технологии, или они рады такой возможности?

-   Приходится. Кто же согласится, чтобы было не так, как у всех!  Поэтому надо сделать хорошую скидку, надо пойти навстречу… Мы-то проводим эксперимент,  а заказчик свои деньги расходует, поэтому надо уговорить - и хорошо уговорить.

-  Сколько домов в год способно производить предприятие?

- Мы, как правило, производим примерно 25-30 объектов в год. Возможностей у нашего небольшого предприятия вдвое-втрое больше, но желания такого нет. Хочется заниматься наукой, внедрением технологий. Возраст уже напоминает о себе, а всех денег не заработаешь. 

Крапухин3.jpg


- При ваших объемах производства вы могли бы участвовать в государственных программах обеспечения жильем малоимущих?

- Не только могу, но и предлагаю свою программу. Нами разработана технология, позволяющая строить небольшие дома в 50-100 кв м, чтобы расселять ветхое жилье, давать людям бесплатное жилье, выполнять социальную программу. Это технология строительства деревянных домов из второсортной лиственной древесины – осина, береза, тополь, карагач... Тонкомерный материал распиливают, сушат. Складывают дощечки определенным образом, заливают пенобетонной смесью, сшивают алюминиевыми шпильками – таким образом, мы получаем брус, себестоимость которого не превышает 5-6 тысяч рублей. Это примерно в 3-4 раза дешевле аналогов.

Почему-то в России мы не пускаем на самотек армию, полицию и т.д , а обеспечение социальным жильем - пустили. Сегодня во многих регионах покупается социальное жилье по цене в 40 тысяч за квадратный метр. Если строить по нашей технологии, эта цифра не будет превышать 20-ти тысяч. И возникает два варианта: либо за те же деньги построить в два раза больше, либо часть продать, и тогда первую половину получить вообще бесплатно. 

- И это будут хорошие дома?

- Крепкие, надежные, экологически чистые. В таком доме будет теплее, чем в любом другом, поскольку между брусьев дом наполнен либо пеной, либо воздухом, и теплосопротивление у этих стен очень высокое. А вот прогораемость - намного ниже, у чем обычной древесины, - тому уже есть подтвержденные испытания.

Эта технология многолика. Брус можно сделать любой толщины и сразу же на заводе произвести полностью готовую панель, в которую уже вставлены окно, дверь. Панелевоз вывезет ее прямо на стройплощадку, после чего начнется самое интересное. Этот же кран, который собирал панели, возьмет заготовленную крышу и накроет ею дом, как крышкой от кастрюли. Такой дом ставится в течение нескольких часов. Утром начали, после обеда уже стоит.

Чтобы программу реализовать, нужен экспериментальный завод. Как только он заработает,  сразу станет ясно, что эта технология имеет право на жизнь.
На то, чтобы ее отладить, уйдет год-полтора. А дальше в каждом регионе надо строить как минимум по одному такому заводу. У нас каждый год где-то что-то трясет, сгорело, затопило, и надо немедленно решать проблему переселения. Разрушены 3 тысячи домов? Заводы из близлежащих регионов закроют проблему в течение месяца. Панели легкие, легко перевозятся, панелевоз за раз перевезет чуть ли не целый дом. Игра стоит свеч. По линии МЧС эта программа просто необходима.        

- И сколько таких домов можно делать в месяц?

- Завод мог бы производить примерно 1-1,5 дома в смену. При односменной работе он будет делать порядка 30-35 домов в месяц, при двусменной - 50.

- А где брать древесину?

- Если есть возможность обратиться к Собянину, могу сказать, что в Москве в пределах окружной дороги рубится от 8 до 15 тысяч кубометров леса каждый год – это рубки ухода, ветровал. И куда все это исчезает, непонятно. Завод будет строить из того, что срубают у нас во дворах и лесопарках, социальное жилье, а также другие объекты инфраструктуры, детские садики… Можно застроить всю Новую Москву и селить в эти дома переселенцев из программы по реновации. Главное, что это бесплатно. Сколько навалено валежника, хорошей древесины – особенно, елки засохшей, которая гниет, засоряет лес, создает пожароопасность. В настоящее время в Подмосковье сложилась тяжелейшая ситуация! А из всего этого можно построить шикарные дома. Такое дерево вполне подходит для строительства, оно уже сухое, а если есть поражения, то при сушке все личинки погибнут.

Надо построить 4 завода и свозить туда всю древесину, которая рубится не только в пределах МКАДа, но и в соседних городах – Химки, Мытищи... Бесплатное сырье сегодня растворяется неизвестно где.  К сожалению, не могу достучаться до Собянина.

Важный момент: в отдаленных поселках женский труд маловостребован, а технология строительства домов из низкосортной и лиственной древесины в заводских условиях подразумевает использование большого количество женского труда. Предмет труда очень легкий – 0,5-1 кг весом, поэтому женщины могут легко с ним справляться и получать за это приличную зарплату.

Крапухин4.jpg


- Вы уже продаете дома, сделанные по этой технологии?  

- По этой технологии мы построили один экспериментальный дом, за которым наблюдаем. Ему уже 8 лет. Мы над ним издеваемся время от времени по полной программе - поддомкрачиваем, трясем, имитируем землетрясения, поджигаем... Всё для того, чтобы быть уверенными в праве данной технологии на жизнь. Но реализовать ее без государственной поддержки - слишком накладно для нашей небольшой компании.

-  Что конкретно нужно, чтобы был построен такой экспериментальный завод? 

- Понадобится примерно 100 млн на оборудование, 50 млн - на согласование проектной документации и разрешительной системы, завершение НИОКР и пусконаладку. И примерно 50 млн - на создание промышленной площадки. В совокупности это будет не более 200 млн рублей. Причем, окупаемость этого проекта - менее года, все расчеты у нас есть. 
Целесообразно поставить экспериментальный завод где-нибудь на юге России – в Белгородской, Курской, Орловской области....

Сырья в каждом регионе более, чем достаточно, а в этих регионах стоит проблема утилизации. Они газифицированы, дрова не требуются, а рубка лесополосы идет все равно. И куда все вырубленное потом девать?.. С этим сталкиваются все южные регионы.

- Какие в России резервы по древесине и лесу?

- С полной ответственностью заявляю, что все лесные ресурсы в России не будут задействованы никогда. Наших ресурсов лесных достаточно более, чем в несколько раз. Согласно учению академика Анучина, ежегодно прирастает 700-800 млн кубометров в год. Мы имеем право столько же вырубить. На сегодняшний день мы рубим порядка около 200 млн, это в 3-4 раза меньше, чем прирастает. 

- Вы не скрываете свои технологии. Не боитесь, что конкуренты украдут?

-     Конкуренты всё это видят, конечно. Может быть, их останавливает наличие патентов, но, скорее всего, понимание того, что здесь много тонкостей, которые так просто не увидишь. Если кто-то захочет заняться этой технологией всерьез, пожалуйста, пусть связываются с нами. Мы будем только рады, и предпримем все усилия для того, чтобы новая технология всё же состоялась. Но особо никто не обращается, сегодня все хотят быть менеджерами и продавать чипсы, - на этом они больше зарабатывают, нежели становиться плотниками.

 - Как финансируется производство? Используются ли кредитные средства?

- Нет, теперь уже нет, не беру. На первых порах брал, а сейчас собственное финансирование. Заказчик приходит, платит аванс, на эти деньги закупается сырье из сырого бруса, идет обработка и так далее. Почти вся прибыль поступает на разработку новых технологий. 

1.jpg


- Какая помощь нужна вашему предприятию? 

- Нам нужна помощь в продвижении новых технологий на рынок России - и не только. Мы отвечаем за свои слова: покажите технологии лучшие наших, тогда мы вам построим дом бесплатно. Это относится ко всем без исключения. Вся беда в том, что специалистов больше нет, их нигде не готовят. К сожалению, система ПТУ, где готовили плотников, столяров, разрушена, в вузах кафедры, обучающие специалистов по деревянному домостроению, реорганизованы. Поэтому на сегодняшний день мастеров в области деревянного домостроения осталось трое – папа Карло, Буратино и я.

Если кто-то ко мне обратится, - и на работу приму, и обучу. Мой непосредственный заместитель так примерно ко мне и попал: пришел, попросился, обучился. Я его в институт устроил, оплатил учебу, и сейчас он у меня первый зам и разбирается в некоторых вопросах больше, чем я.

Я хотел бы заняться обучением новых специалистов. Учитывая, что до выхода на пенсию я работал доцентом в Московском лесотехническом институте, наверное, это было бы уместно. Заодно и проповедовал бы новые технологии. 
Что мешает? Отсутствие взаимодействия с государственными органами. В основном мешает это.


Беседовала Наталья Федина

Реконструкция vs Реновация

История повседневности

Владимир Кедров: Вскочить в последний вагон

Возврат к списку



Здоровый свет