НА ФОРУМАХ
26
43
142
1

Не коронавирусом единым. Эмиль Золя

c9cg5cmdmlbd-emil-zolia.jpg

Все новости сейчас крутятся и вертятся вокруг коронавируса, мысль одна - когда ж вес это кончится, потому что режим самоизоляции хорош максимум на пару дней, а потом уже хочется под любым предлогом выбраться на улицу, если не с собачкой погулять. Которой нет, так хоть в магазин сходить за хлебом. Многие шутят над тем, что если такой режим продлится несколько недель, то можно заболеть алкоголизмом, другие не могут удержаться и делают подход за подходом к холодильнику, а потом, вставая на весы видят, что цифры с каждым разом становятся больше. И как быть? Все это ведь придется как-то сгонять, а впереди еще месяц самоизоляции. Не ожидал, думал максимум две недели. И что же дальше? Как там наша экономика? Справится?

Итак, пишут, что нефть бьет антирекорды и что ее экспортные показатели стали отрицательными. Это не означает, что за нее надо доплачивать, чтобы ее кто-то взял, а то, что расходы на ее добычу и транспортировку уже превышают экспортную цену. И зачем тогда ее продавать себе в убыток? Зато Китай, пользуясь обстановкой закупает нефть в больших количествах впрок.

Один из способов развлечения в условиях самоизоляции, конечно, чтение и это повод вспомнить автора, родившегося ровно 180 лет  - 2 апреля 1840 года

Этот писатель -  особый случай. Из числа тех, кого в России любили больше, чем  на Родине. Звали его Эмиль Золя. Если Европа раскусила его, когда в активе писателя был уже с десяток романов, у нас его безошибочно с первых произведений определили в число гениев и начали печатать в таких количествах, в каких не печатали даже во Франции. Привлекала в его романах социальная проблематика. Россия как обычно искала свой путь развития. Золя выписывал такую несправедливость развитого капитализма, что отбивал охоту идти в том же направлении. Пусть Франция на эти грабли наступает, а Россия такие ошибки повторять не будет и пойдет своей дорогой, но, похоже, что мы на эти грабли наступили таки спустя сто с лишним лет.

photo.jpg

Много лет спустя дочка писателя в своих мемуарах отмечала, что папочка стал знаменит в России раньше, чем во Франции. Так, к примеру, роман «Чрево Парижа», в год выхода на французском – в 1873-м, печатали аж в 6 разных российских журналах, в том же году напечатали два отдельных издания и закономерно, что их суммарный тираж был больше французского. Ряд произведений вообще переводился с рукописей: «Дамское счастье» или «Поступок аббата Мурэ». Они были доступны российскому читателю раньше, чем французскому.  

978-5-389-02283-6.jpg

Эмиль Золя появился на свет в бедном квартале Парижа. Его папа был итальянцев, инженер по образованию. Он «сделал несколько крупных работ по канализации». Это цитата из автобиографического письма Золя, которое он написал русскому литератору Петру Боборыкину. В письме он сообщает, что с 3-х лет до 18 жил в Провансе, потом вернулся в Париж, прошел через большую нищету, в 22 поступил приказчиком (вообще-то упаковщиком) в книжную торговлю, (за счет этой должности он получил возможность бесплатно читать новинки и другие книжки, имевшиеся в магазине) а спустя 4 года «бросился в журнализм» и вот уже «десять лет живу своим пером, скорее дурно, чем хорошо, и зарабатываю я, конечно, гораздо меньше наших газетных фельетонистов».

Все-таки не только в нашем отечестве пророков не ценят, а повсюду.

0cxbma8dedxy-emil-zolia.jpg

У Золя завязалась дружба с Тургеневым, переписка со множество российских литераторов и журналистов. Какое-то время он писал статьи специально для «Вестника Европы», когда парижские журналы его статей не принимали, так что именно Россия позволила Эмилю Золя пережить трудные для него времена, ну а потом его полюбили и во Франции, и в Италии, и в прочих европейских окраинах, вроде Англии.    

Его первый роман «Исповедь Клода» вышел в 1865-м и вырос из переписки с Полем Сезанном. Он рассказывает о любви нищего художника к пригретой им проститутке. Ой, ля-ля, сразу видно, что Эмиль Золя - это импрессионизм в литературе. У него и в друзьях в те годы сплошь нищие импрессионисты, за картины которых потом всякие богатенькие коллекционеры будут вкладывать миллионы, а тогда они не хотели оплатить им даже обед взамен их работ. Ренуар, Мане, Моне, Дега, Писсаро, Фанте-Латур. Он знал всех!

Потом их дороги разошлись. С другом юности Полем Сезанном Золя поссорился, потому что вывел его в романе «Творчество» под именем Клод Лантье. Тем временем, Золя пишет громадный двадцатитомный динамичный социально-бытовой сериал «Ругон-Маккары», действие которого происходит на протяжении 20 лет – с 1851 по 1870 гг.

К концу 1880-х он наконец-то признан и ему вручают Орден Почетного легиона.  

aaa9670c37f0f2ab879d9b81c73ee6c2--emile-zola-my-books.jpg

Нелепая случайность оборвала жизнь писателя. 29 сентября 1902 года он отравился угарным газом в своей квартире в Париже из-за неисправности дымохода.

Немудрено, что в советские времена Эмиля Золя издавали громадными тиражами. Он ведь обличал капитализм и показывал все его язвы. Сейчас тоже печатают, правда, тиражи, конечно, не те, но они сейчас у всех, кого печатают, не те.

Думаю, что стоит почитать что-то из его наследия, хотя бы в честь юбилея.

Я подошел к книжной полке, глаза наткнулись на «Жерминаль», с этого романа и начнем…

Музей Хемингуэя

Когда весы и зеркало - враги. Чем страдал Кафка?

Из гаубицы на Луну

Фото:

Здоровый свет