НА ФОРУМАХ
123
2
116
2
265
1

Всегда неожиданный Виктор Попков: трагичность радостная. К 90-летию со дня рождения

Вплоть до 3 июля в Абрамцеве будет проходить выставка живописи и графики рано ушедшего из жизни художника Виктора Попкова «Трагичность радостная» из собраний Абрамцевского музея-заповедника, Мытищинского историко-художественного музея, а также из частных коллекций.

scale_2400.jpeg

Афиша

scale_1200.jpeg

Книга отзывов

scale_2400 (1).jpeg

Палитра Виктора Попкова. 1980-е. Дерево, масляная краска. Из собрания Мытищинского историко-художественного музея

На открытие выставки куратору удалось собрать тех, кто лично знал Виктора Попкова. Все рассказывали о нем тепло и подробно, и потому, наверное, вернисаж получился таким неординарным без пафосных речей и ненужных дифирамбов. Возможно, на какой-то другой площадке не создалась бы такая уникальная атмосфера. Ну что тут говорить – место-то какое! Абрамцево, где каждая травинка, каждый вздох пропитан духом людей, для которых творчество было смыслом жизни.

scale_1200 (1).jpeg

На вернисаже

scale_1200 (2).jpeg

На вернисаже

График по образованию, не имеющий вроде бы крепкой живописной основы, Попков был прекрасным рисовальщиком и в живописи всегда искал свой путь. Этот путь, если говорить обобщенно, выразился в его личном «суровом стиле». Недаром искусствоведы, будто сговорившись, каждый на свой лад подмечали его «взволнованную личную интонацию» и приверженность к остросоциальной тематике. Наверное, так оно и есть. Сейчас нам интересно, ЧЕМ Виктор Попков привлекает современников – тех, кто его не знал и не видел, кто смотрит и пытается понять его картины, графику...

scale_1200 (3).jpeg

Эскиз к картине "Строители Братска". 1960. Картон, масло. Из собрания Мытищинского историко-художественного музея

scale_1200 (4).jpeg

Женский портрет. 1963-1965 Картон, темпера. Из собрания Мытищинского историко-художественного музея

А правда – чем? Только лишь отходом от социалистического реализма и академизма? Согласитесь, у нашей молодежи само слово «реализм» вызывает отторжение. Напрасно, кстати. Он разный, этот реализм. А суровый стиль тоже оттуда, из реалий времени. Он, правда, весьма далек от глянцевого социалистического реализма, воспевающего трудовой героизм советского человека. Виктор Попков тоже воспевал, но то было совсем другое – на его полотнах доминировала открытость, искренность. И настоящая правда. Вот она и привлекает до сих пор.

В своих дневниковых записях Виктор Попков писал: «…У меня самые прекрасные минуты в работе – это открытие, оживление равнодушных, безразличных для меня до того времени понятий, вещей. Я оживляю их, они – меня… Делать вещи и задумывать не в лоб, а более сложно и с большим подтекстом. Не говорить о главном, а чтоб главное все равно чувствовалось…»

scale_1200 (5).jpeg

Автопортрет. 1963. Картон, масло

scale_1200 (6).jpeg

Больной ребенок. 1967. Холст, масло. Из собрания музея-заповедника "Абрамцево"

scale_1200 (7).jpeg

Старая фотография. Этюд к картине "Одна". 1966. Картон, масло. Автограф Виктора Попкова. 1970. Картон, тушь плакатная. Виктор Попков и Клара Калинычева.

scale_1200 (8).jpeg

Натюрморт с гранатом. . 1965. Картон, масло. Из собрания Мытищинского историко-художественного музея

scale_1200 (9).jpeg

Натюрморт с бутылкой. Натюрморт с кувшином и бутылкой. 1963-1967 Картон, масло Из собрания Мытищинского историко-художественного музея

Вот этот «большой подтекст» так и витал в воздухе на вернисаже в Абрамцево, суровый, трагичный и… радостный. Взгляните на автопортрет, в котором весь он, художник, как на ладони. Это ж про себя он писал в дневниках: «…Работы мои грустные. Неопределенная грусть. Боже, как это хорошо! И такая постная жизнь без внутренней боли». Его внутренняя боль чувствуется даже в безыскусных на первый взгляд натюрмортах, написанных в середине 1960-х. Но особенно на полотне «Больной ребенок, где каждый мазок проникнут ожиданием. Нет главных фигур, все равны перед судьбой, и где-то в далекой непонятной глубине невольно выискиваешь надежду.

scale_1200 (10).jpeg

Прогулка в Абрамцеве. Прогулка в Абрамцеве. 1972. Картон, масло. Из собрания музея-заповедника "Абрамцево"

scale_1200 (11).jpeg

Пруд в Абрамцеве. 1972. Картон, масло. Из собрания музея-заповедника "Абрамцево"

scale_1200 (12).jpeg

Портрет Элеоноры Пастон. 1972. Картон, масло. Из частного собрания

scale_1200 (13).jpeg

Элеонора Пастон у своего портрета

А в Абрамцево Попков приезжал два раза и жил в домике бывшей почты. Он, как всегда, много работал. И, как всегда, неожиданно. Его «Пруд в Абрамцево» ну совершенно неузнаваемый – если смотреть этак прямо, в лоб, и столь же совершенно абрамцевский, если постараться «зайти в полотно». Заходишь и находишь ключ, к абрамцевскому пруду. Художник его просто оживил, увидев в нем свет и одинокий покой. Тогда же был написан и портрет доктора искусствоведения Элеоноры Пастон, которая рассказала на вернисаже, как он создавался.

scale_1200 (14).jpeg

Альбом рисунков "Велегож" 1969. Бумага, карандаш. Из собрания музея-заповедника "Абрамцево"

scale_1200 (15).jpeg

Графика Виктора Попкова

scale_1200 (17).jpeg

Одна из графических работ

scale_1200 (16).jpeg

И еще одна

scale_1200 (19).jpeg

Штрихи к портретам

scale_1200 (18).jpeg

Бытовая графика

Графика Виктора Попкова – это отдельная картина жизни. Ведь по первому образованию он график. Здесь, в Абрамцеве, представлен неизвестный альбом художника «Велегож» с рисунками карандашом к картине «Осенние дожди». В его графических рисунках те же характеры – людей, простой деревенской избы, - одним словом, бытописание штрихом. До боли искреннее. И это главное.

В 2014-м в Лондоне в Сомерсет-хаусе проходила выставка Виктора Попкова, где были представлены 40 самых значительных произведений художника из собраний Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея и региональных музеев. Экспозиция, имевшая большой успех, называлась «Виктор Попков: гений русской души». Нынешняя выставка – камерная по размеру, но мощная – по сути. И очень искренняя, сделанная по велению души.


Здоровый свет