В августе 1851 года патент на свою швейную машинку получил знаменитый Айзек Зингер. Собственно, благодаря этому, имя его, по сути, стало нарицательным. Если уж швейная машинка, то непременно «Зингер».
К своему успеху американский изобретатель (а временами, как мы уже определились, и артист) шел непростым путем. Тяга к подмосткам не давала ему спокойно спать, но его игра фурора у публики не вызывала. Тогда он сделал шаг в сторону, создал, а главное, запатентовал, специальную буровую установку. Продал её одной фирме, заработал страшные деньги – 2000 долларов. И снова пустился в театральные приключения, благо, средства позволяли так шалить.
Если честно, скорее всего, актером и театральным менеджером мистер Зингер был весьма посредственным. И как же ему повезло, что называется, «зацепиться глазом» за швейную машинку. Да, ее изобрели до Айзека. Но устройство было неуклюжим и жутко несовершенным.
Бывший теперь уже исполнитель больших и малых ролей разобрался, что, да к чему, и на него снизошло озарение. Сродни артистическому вдохновению.
10 дней он провозился с механизмом, и этот короткий период предопределил все остальное. Зингер уложил челнок горизонтально, и нитка перестала путаться. Оснастил прибор плоскостью для ткани и держателем для игры, что позволило делать непрерывный шов. Но еще он выдумал ножной привод, а это высвобождало для работы обе руки.
Зингер был уже учен жизнью, потому, прежде, чем запустить свою машинку в производство, он защитил каждый блок, всякую деталь патентами. Охранных документов оказалось тысячи! Но скрупулезный подход принес свои плоды.
Первая машинка «Зингер» была продана за 100 долларов. Что окупило затраты по разработке и оформлению модели и даже дало некоторую прибыль.
В дальнейшем изобретатель и бизнесмен продолжил серию усовершенствований. Запуск конвейера по производству машинок позволил снизить цену полезного приспособления до 10 долларов. Зато вал, охват многочисленных рынков дали серьезные барыши.
Во всяком случае, когда Айзек Зингер ушел в мир иной в 1875 году (63 лет от роду), он оставил своим домашним наследство в 22 миллиона долларов, недвижимость и так, кое-что еще по мелочам.
Любимые мужчины и синдром Плюшкина
Центрифуга: от возвышенного к земному
