Про его жизнь надо писать приключенческий роман, наподобие тех, что писал Луи Буссенар о приключениях Французов в Гвиане или Конго. У нас ведь тоже была своя Африка под названием Туркестан. Верещагин попал туда совсем молодым. Он ведь всегда считал, что художник должен видеть то, что пишет. Он должен все почувствовать на своей шкуре. Пусть французов на Бородинском поле ему уже не застать, но бухарцев, штурмующих Самарканд, он не просто увидел, а отбивал этот штурм со штыком наперевес.
Его туркестанские картины замечательны, великолепны, поразительны.
Он путешествует по Индии и Тибету.
Известие о том, что русские войска вошли в Болгарию, чтобы прогнать турок, застало Верещагина в Париже. Он бросил все и отправился в действующую армию.
Он на борту маленького миноносца, атакующего турецкий военный пароход. Здесь и Степан Макаров, который впоследствии станет знаменитым адмиралом и с кем Верещагин встретит свою гибель. Но это случиться спустя много-много лет.
А пока Верещагин тяжело ранен. Едва избежав смерти и немного подлечившись, он вновь в строю.
Он должен был стать морским офицером, а стал художником. Судьбой ему уготовано погибнуть на море, а на суше ему бояться было нечего.
Плевна, Шипка.
«Голод, холод, раны и болезни».
Все о чем он говорил и что хотел испытать, чтобы картины получались настоящими. Они документальны.
Верещагин лучший наш баталист, а может и лучший в мире.
Дальше опять затишье, вернее дальше опять мир в этом неспокойном мире. Он создает цикл об Отечественной войне 1812 года. Да, он не видел Наполеона при Бородино, он не видел, как французы входили в Москву, но он видел многое и мог все это представить очень зримо.
Куба, Филиппины, Япония.
Он чувствовал, что зреет очередная война, он не хотел, чтобы Россия в ней участвовала, но как только японцы атаковали наши корабли на рейде Порт-Артура, он вновь отправился на край света. Там с ним опять Степан Макаров, под руководством которого Порт-Артур постепенно оправляется от неожиданного нападения.
Казалось, Фортуна вновь на стороне России, но броненосец «Петропавловск», на борту которого и Степан Макаров и Василий Верещагин, наскакивает на мину. Погибли оба.
Мы проиграем и эту войну и следующую, на которую Верещагин обязательно поехал бы, не погибни он на рейде Порт-Артура.
Казалось, что Фортуна отвернулась от России….
Ранимый провокатор с черным чувством юмора
Череповец или северные Афины
Певец красоты нашей Родины художник Анатолий Селютин
