Я бы хотела рассказать о своих предках, о бабушках и дедушке.
Отцова мать, Ольга Антоновна, была женщиной решительной и властной. В далеком 41 году, она, молоденькая 25-летняя жена полкового комиссара, успела на единственной полуторке вырваться с территории Жировицкого монастыря, где был расквартирован полк. Жировицы находятся в Беларуси, в то время в 150 км от германской границы. Что это значило в июне 41 года, думаю, объяснять не надо. Уехала с тремя детьми 5, 3 и одного года. Если бы не прабабушка, ее мать, не знаю, как бы она добралась до Урала. Осела там, всю жизнь проработала наладчицей станков на автомобильном заводе, была активным членом партии, даже избиралась депутатом Верховного Совета СССР. Всем трем детям дала высшее образование.
Бабушка Ольга Антоновна
Немало попортила крови моей матери, своей снохе, но бабушкой была отменной. Я помню, как на лето она забирала к себе четырех своих внучек. Жила она одна в большой двухкомнатной квартире (квартира была каких-то невероятных габаритов, в старом сталинском доме, получена бабушкой от завода в 50-ых годах). Двойняшек, но не близняшек, Ольгу и Юльку привозила из Томска тетка, мои родители тоже подкидывали нас с сестрой, хотя жили мы в этом же городе. Сейчас смотрю на все это и удивляюсь. Бабушка строго следила за режимом дня и питанием – куда там пионерлагерю! На обед в обязательном порядке первое, второе и компот\кисель. Первое на мясном бульоне, на второе рыба, курица или мясо плюс гарнир. Каждый день все разное. А ведь надо было это все купить, принести с магазина или рынка, приготовить. Обязательно был полдник, подъем и отбой по расписанию. При этом в свободное время мы носились по всем окрестным дворам и ближайшему парку без ограничений. Катались на велосипедах, разбивали коленки, дрались с мальчишками, и никто нам за это не выговаривал и не велел вести себя чинно и как положено девочкам. Бабушка хорошо пела и состояла в народном хоре ветеранов при местном ДК. Мне очень нравилось ходить на репетиции, а потом ездить на стареньком автобусе по пригородным поселениям, где концерты зачастую проходили даже не в клубах, а просто на зеленых лужайках или перед сельсоветом.
Бабушка крайняя, ближе к нам
Сочи, 59 год, еще никакая не бабушка )))
Дед с бабушкой со стороны мамы, Василий Маркович и Анастасия Филипповна, были из оренбургского казачества, предками и того, и другой были староверы-молокане. На Урале много жило староверов, убегали туда, опасаясь гонений властей. Жили они в своем доме в черте города, но практически на окраине. Через одну улицу начинался заповедный лес (это не метафора, там реально заповедник) . Дом был построен ими самостоятельно, небольшой, с печным отоплением, с верандой, которую закрывали на зиму, с двумя погребами и комнаткой-боковушкой (это комната, в которую вел отдельный вход прямо из сеней). Большая кухня, большая центральная комната, две спаленки – вот и весь дом. Все хозяйство было продумано до мелочей, в доме чистота всегда была идеальная, хотя за водой приходилось ходить на колонку с коромыслом и ведрами. Например, вода для питья была в одном баке, а вода для хознужд - в другом. В окошках были выставные рамы, которые убирались на лето. Было два туалета – утепленный и обычный, но на ночь в сени ставилось специальное «поганое» ведро. Много всего было интересного для нас – сарайка для угля, рукомойник, в котором надо было толкать вверх железную палочку, чтобы полилась вода, маленькая уютная банька. На семейные торжества все собирались за большим столом (в доме стояла добротная самодельная мебель – дед был мастер на все руки), на стол ставилось большое эмалированное блюдо для аппетитного и непременного атрибута всех семейных посиделок – пельменей. Они варились в огромной кастрюле и вываливались на блюдо, из которого каждый накладывал себе в тарелку, сколько хотел.
Вообще, пельмени и вареники были любимейшей едой бабушки и деда. Они могли стряпать их хоть каждый день. Бабушка знала десятки способ залеплять сочни – уголком, косичкой, шляпкой, еще как-то, уже не помню. А какие они делали начинки! Перечисляю из того, что помню – с говядиной, свининой, с говядиной и свининой, с печенью, со свининой и картошкой, просто с картофелем (сырым, натертым на терке) и салом, с вареным картофелем и жареным луком, с редькой, с капустой свежей, с капустой квашеной, с грибами (свежая капуста, грибы и редька рубились сечкой в деревянном корытце), к капусте, грибам и редьке могло добавляться мясо, в смысле фарш мясной. С творогом сладкие, с творогом соленые и зеленым луком, с вишней, с клубникой. Зимой, когда не было садово-огородных работ, пельмени стряпались сотнями и выносились на мороз на деревянных досках. А бабушкин сад славился вишней-китайкой, или по-научному, вишней таминтоза. Ее росло немало. Ухоженная, она приносила такой урожай, что через день дед вставал в пять утра, набирал два больших ведра и шел торговать. На эти деньги закупался уголь на зиму, дрова и газовые баллоны для плиты. Но внукам вишни никогда не жалелись, и есть их можно было от пуза невозбранно, как и другие ягоды, яблоки и овощи. Главное условие было – соблюдать чистоту и порядок. Вот за несоблюдение можно было огрести.
Дед любил рисовать. Рисовал он почему-то исключительно портреты членов ЦК и правительства, что печатались в журнале Огонек. По клеточкам, цветными шариковыми ручками. Бабушка же умела рассказывать интереснейшие истории из жизни своих родственников и знакомых, очень красочно и с юмором.
К сожалению, не смогла найти фото дедушки и бабушки, они точно где-то были, но вот где...
Размещаю фото с акции Бессмертный полк. На переднем плане я как раз несу плакат с фотографией Василия Марковича и Анастасии Филипповны. Слева сын с портретом деда, Ивана Яковлевича, справа невестка несет фотографию Ольги Антоновны.
Бессмертный полк, 2014 год
Если ваши деды и бабушки еще живы - поздравьте их сегодня.
