Октябрь 1917. Россия уверенно двигалась от одной революции к другой, а весь прочий мир просто воевал. Шла Первая мировая.
И это ощутили, представьте себе, даже в США, которые от очагов боевых действий, если уж честно, находились далеко. Но там произошли существенные изменения в форматах светской жизни, о чем сообщала читателям газета «Нью-Йорк Таймс».
Это издание изучило ситуацию и привело десяток развлечений, которым отдавали предпочтение добрые, но прибитые военным лихолетьем американцы и американки. Особо подчёркивалось, что светское веселье стало тише, спокойней, мол, не до безудержной радости. Война же!
Первую позицию заслужено занимали ужины, причем, с последующим музицированием. Затем шло старое и очень доброе вязание. Тройку приоритетов штатовской публики закрывали неформальные чаепития дебютанток. Да-да, несчастные девушки оказались в сложной ситуации. Надо же было как-то показывать себя публике, проводить рекламную кампанию, искать достойную партию, а тут война, будь она проклята.
В общем, дебютанткам приходилось довольствоваться тихими чайными церемониями. Зато, как особо отмечала газета, выйдя в свет, они узнавали, что есть масса патриотических деяний, в которых можно принять участие. И что мир не всегда наполнен бабочками. Так и написали, в смысле, о бабочках.
Затем шли танцы для очень молодых людей, утренние мюзиклы и концерты, опера. Светская публика отдавала должное бриджу, катанию на коньках и занятиям спортом в закрытых помещениях. Венчали десятку военных развлечений танцы на благотворительных вечерах и, что важно, в солдатских и матросских клубах.
Единственным исключением из этого перечня скромных увеселений, по мнению автора статьи, было празднование Хэллоуина. Это мероприятие называлось «ночью призраков и гоблинов». Пляски по такому поводу предполагались в загородных заведениях. Причем, гостям настойчиво рекомендовалось облачиться костюмы соответствующей направленности.
А вот свадеб стало меньше. В «Нью-Йорк Таймс» говорилось, что их место заняли помолвки. Причем, в каждой из них, как писалось сто лет тому назад, было что-то хрупкое.
Неприкрытая Екатерина в замочную скважину
Платье несостоявшегося диктатора
Ленин и Матильда
