Реалии импортозамещения в сельском хозяйстве России

a2d2420190f3f47908b9d803d6e296cc.jpg

Министр сельского хозяйства России А. Ткачев сделал обнадёживающее заявление. По словам чиновника, наша страна сможет полностью отказаться от импорта продовольствия через 5-7 лет. «За последние три года мы практически сократили импорт продовольствия из разных стран в 2,5 раза. Это огромное завоевание, это огромная победа наших селян, крестьян», - приводит слова министра «Интерфакс».

Слова Ткачёва звучат действительно многообещающе и соответствуют общей риторике российского правительства последних лет. Но не слишком ли оптимистичен наш министр сельского хозяйства? По данным Росстата, доля импортных продовольственных товаров в отечественной торговли в период с 2014 по 2017 гг. сократилось с 34% до 23%, однако максимальное падение пришлось на первый год, когда со снижением курса рубля импортная продукция для российских потребителей подорожала в 2 раза. С тех пор движение показателя практически остановилось. Кроме того, многие товары из перечня запрещённых к ввозу с территории недружественных государств, Россия стала закупать в ещё большем объёме. Так в 2017 г., поставки мяса крупного рогатого скота выросли на 8,5%; рыбы – на 16%; овощей (кроме картофеля) – на 20%; фруктов – на 7,5%.

Эти показатели подтверждаются данными по динамике производства основных замещающих сельскохозяйственных продуктов в 2016 г. Из 32 наименований продуктов, приведённых в статистике Росстата, по 16 позициям в 2017 г. наблюдался спад производства. Наибольшее падение наблюдается по свежей рыбе (-23% к 2015 г.), фруктам (-15,7%), маслу сливочному (-5%). Прирост производства отмечен по таким продуктам как свинина парная (+13%), морепродукты пищевые (+22%), плодоовощная продукция замороженная (+9%). Важно отметить, что по большинству позиций наблюдаются незначительный прирост или падение, т.е. показатель фактически стоит на месте.

Принимая также во внимание, что производство отечественной сельскохозяйственной продукции во многом зависит от импортных поставок техники, удобрений и сырья, оптимистичные прогнозы министра Ткачёва звучат (при объективном наличии некоторых положительных сдвигов) как минимум слишком оптимистично.


Об опасности импортозависимости

Электроэнергетика Украины: рай для собственников, ад для населения

df821281d0d456a15132e818e66d903a.jpg

В конце 80-х – начале 90-х у сторонников рыночных реформ в нашей стране в ходу был известный афоризм: установи плановую экономику в Сахаре и через неделю там начнутся перебои с песком. Звучало это остроумно и непринуждённо и кого-то, конечно, подкупало. Но минуло 26 лет капитализма и теперь то же самое можно сказать и о рыночной экономике. А подкрепить утверждение ситуацией на Украине, которая, имея один из крупнейших в мире запасов угля, вынуждена завозить его со сего света. В том числе, из Америки и даже Африки.

Такое положение вещей стало, в частности, результатом  приватизации энергосистемы Украины, которая сегодня в основном находится в руках крупнейших украинских олигархов. Даже государство вынуждено признать, что отрасль находится в сверхнеудовлетворительном техническом состоянии, ей требуется глубокая модернизация, закупка нового оборудования и внедрение ресурсосберегающих технологий, а также разработка альтернативных источников энергии.
Но собственнику такие мероприятия влетят в копеечку и снизят рентабельность. Другое дело - эксплуатировать доставшиеся за дарма энергетические мощности, созданные ещё в УСССР. В итоге изношенное и морально устаревшее оборудование украинских электростанций потребляет сегодня топливо на уровне паровой машины Дени Папена, приближаясь к ней по показателю КПД. Не удивительно, что в такой ситуации резкое падение объёмов выработки электроэнергии на Украине сопровождается растущим дефицитом угля.

13a5c16e9d1d5fffd798017660d78378.bmp

Теперь Украина, всегда обеспечивавшая свою энергетику собственным углём, вынуждена закупать его у всего мира. Лидером по импорту является Россия. Кроме того, уголь на Украину поставляют Польша, Белоруссия, Германия, Австрия. Но соседи не могут обеспечить потребности местной энергетики, поэтому Украина завозит топливо даже из Австралии и, ЮАР и США.

15bd5e4fe3fe185006dcdad1ce103b86.jpg

Ситуация складывается абсурдная. Современные технологии, а также развитие альтернативной энергетики давно позволяют получить много электроэнергии с использованием небольшого количества топлива. Соответственно, производство должно расти, а затраты (и, конечно, тарифы для населения и промышленности) – падать. Но всё это не имеет никакого значения, когда речь заходит о чьих-то коммерческих интересах. Григоришин, Ахметов, Коломойский, Фирташ – владельцы украинских электростанций – предпочитают получать сверхприбыль, сваливая экономическую нагрузку на поддержание энергосистемы на простых украинцев. С 2014 г. тарифы на электроэнергию для населения выросли в 4.5 раза.

Об опасности импортозависимости

4703b5143fe48faac0cce07a37af6732.png


Продолжающееся снижение темпов экономического роста России, а с 2014 года - падение производства - это не случайное явление и не только результат падения цены на нефть или даже экономических санкций – это результат длительного процесса, на который, по сути дела, наше руководство обращало мало внимания.

Остановимся на макроэкономических и структурных причинах этого падения. Ключевой проблемой нашей экономики продолжает оставаться избыточная зависимость от сырьевого экспорта. Следствием её стал активный приток в отечественную экономику долларов и их экономически неоправданному удешевлению. В силу того, что это позволяло снижать инфляцию, государство не пыталось вмешиваться.
С 2000 по 2013 г. курс доллара продержался на уроне 30 рублей. И это притом, что отечественная экономика существовала в условиях двузначной инфляции, опережая многие страны мира.

Это привело к тому, что отечественные товары росли в цене на 12-16% каждый год, в то время как цены импорта практически не менялись. Само собой, это привело к активному вытеснению российских производителей с отечественного рынка в целом ряде отраслей.

С 2000 по 2013 гг. объёмы импорта выросли 45 до 350 млрд. долл., т.е. в 8 раз! Соответственно, с такой же скоростью российская обрабатывающая промышленность вытеснялась из российской же экономики. За тот де период норма прибыли российских компаний упала с 14% до 7%. А если из этого показателя вычесть повышенную рентабельность сырьевой отрасли, то прибыльность оставшейся части экономики будет стремиться к нулю.

Лишь в 2014 году, когда падение нашей экономики и цен на нефть стало явным, курс доллара стал быстро расти. Это, естественно, усилило инфляцию. И в «роковую ночь» на 16 декабря 2014 года Центральны банк поднял ключевую ставку до 17%, что одномоментно повысило реальную стоимость кредитов до 25% в год и более. По экономике России был нанесен удар такой силы, что оправиться от него она не может уже два года.



Какое импортозамещение нам нужно?

eb4468d38ca7e5c9f261be293422d53c.jpg

Экономическая политика российского правительства вызывает немало скепсиса. Однако остаётся вопрос, почему сельское хозяйство, о котором еще не так давно говорили как о  страдающей отрасли,  растет уже несколько лет подряд по 2-3% в год? В 2016 году получен хороший урожай зерна, 119 млн. тонн. Это не самый лучший урожай за всю историю России, как иногда говорят, но очень хороший. В советские годы мы получали и 120 и даже  127 млн. тонн.

Причины  неплохих в целом результатов в сельском хозяйстве частично связаны с тем, что, во-первых, санкции сократили импорт и расширили тем самым поле деятельности для российских производителей. Но главное не в этом, а в том, что как раз по отношению к сельскому хозяйству экономическая политика правительства была примерно с 2005 года относительно разумной, так как была запущена Государственная программа развития сельского хозяйства. Объем ежегодного финансирования из федерального бюджета последние 3 года превышает 200 млрд. руб. Для сельскохозяйственных организаций выделялись льготные кредиты даже в 2015-2016 годах, выделялись средства на субсидирование инвестиционных проектов, прежде всего, в производстве свиней и мяса птицы

Есть и другие отрасли с высоким темпом роста в 2016 году, например, сельскохозяйственное машиностроение, показавшее рост 24%. Но это, к сожалению, несмотря на рост последних лет, подъем от очень низкого уровня. Наша страна выпускает последние годы 7-14 тыс. тракторов в год, а комбайнов зерноуборочных – около 6 тыс. В 1986-1990 годах в РСФСР выпускалось в среднем 246 тыс. тракторов и 81 тыс. комбайнов зерноуборочных, то есть в десятки раз больше, чем сегодня. Рост последних лет связан, во-первых,  с программой субсидирования затрат производителям сельхозтехники, а во вторых – с вызванным санкциями удорожанием и сокращением импорта.

Но надо ясно понимать, что нам не любое импортозамещение нужно. А лишь в тех отраслях, где мы имеем шансы стать конкурентоспособными на внутреннем и мировом рынке, а также в тех, которые определяют нашу обороноспособность, например, в электронике, в современном станкостроении. Часть отраслей, прежде всего, связанных с переработкой экспортируемых ресурсов,  имеет неплохую конкурентоспособность и может расти без нее. В целом же дела и с импортозамещением обстоят не очень хорошо. Если в 2015 году импорт падал намного быстрее, чем экспорт, из-за удорожания доллара, то в 2016 году импорт уже почти не падал, а экспорт продолжал падать и снизился на 20%.

В чём причина экономического кризиса в России?
Фискальные проблемы российских регионов

Томатно-зерновая турецко-русская война

5cbdebf5d8b04859e685ff48fbc8a374.jpeg

Еще в начале мая президент России Владимир Путин и турецкий глава Реджеп Эрдоган обсуждали в Сочи, помимо политических вопросов, и ситуацию с торговыми санкциями. Речь шла вообще об отмене всех санкций. И вот получается, что «воз и ныне там». Мы ограничили ввоз турецких овощей, в том числе и помидор, а Турция выставила новые ограничения на импорт российской пшеницы.
Впрочем, с помидорами все более или менее ясно: эмбарго продлится несколько лет, а потом вроде бы все наладится, хотя в Минсельхозе от комментариев воздерживаются. Если сейчас Турция решила столь резко ограничить поставки российской пшеницы, то не проще ли снять помидорное эмбарго? Какая разница, какие помидоры потреблять, если они встали на пути гораздо более стратегически важной пшенице. И с кукурузой турки нас тоже обвели вокруг пальца – просто-напросто не включили в число стран-поставщиков. Вот так помидорчики выходят для нас боком.
Зерно – это вам не помидоры… Вчера все только и говорили о новых ограничениях на ввоз в Турцию российской пшеницы. Вопрос: если 75% турецкой муки производилось именно из российской пшеницы, то как турки будут обходиться без нее?
Собственно, о чем разговор? О беспошлинных лицензиях, когда зерно поставляется для переработки и последующего экспорта. Турция действует так в отношении всех стран – им надо как-то и свой рынок защищать. Но теперь Россия, получается, привезет лишь 25% зерна. Где же турецкие трейдеры возьмут еще 75%? Получится очень плохо. Получится, что малый и средний мукомольный бизнес вообще с рынка уйдет, потому что их возьмут в тиски «крупняки», которым переориентация окажется под силу. Между тем хорошие урожаи и запасы зерновых уже никого не радуют. Конкуренция растет, и мировые цены на урожай довольно низкие, так что ни о какой доходности и речи быть не может.
Что ждать дальше? А если давление на российское зерно будет продолжаться? «Свободное плавание» для такого продукта – не есть хорошо. Цены в любом случае будут падать. И в проигрыше окажутся все: и Россия, и Турция. И рынок в целом.

Галина Мумрикова

"Свободная торговля" под угрозой

69fa0ad13c881ef62132a4422dc00c60.jpg

В мире происходит смута. Во всем – в политике, в экономике и даже в различении добра и зла. Эта смута беспрецедентная, и уровень непредсказуемости и неопределенности нашего будущего тоже беспрецедентный. Мы все на пороге чего-то нового, о чем мы можем только смутно догадываться. Пока ясно лишь одно: так называемая либеральная глобализация, которая еще совсем недавно считалась символом "конца истории, " сама, похоже, идет к своему закату.
Напомню, что либеральная глобализация – это апогей мировой свободной торговли, которая возникла в ответ на нравы Европы 30-х годов, когда ведущие страны стремились только продавать и ничего не покупать. Это был период картелей, жесткого государственно-монополистического капитализма, но и конечно же парализующего торговлю протекционизма. После самой страшной в истории второй мировой войны и победители, и побежденные взяли обязательство вернуться к практике свободной торговли и никогда не возвращаться к протекционистским барьерам. И надо сказать, что до недавнего времени это обязательство худо-бедно соблюдалось. И справедливости ради надо отметить, что многие страны значительно выиграли от открытой торговли. Многие, но не все.
Однозначно от нее выигрывает потребитель. Причем потребитель в любой стране, в ней участвующей. А вот с производителями все не просто. Если вы не готовы к конкуренции, есть большой риск вылететь из "свободного рынка". Государственная власть для того и существует, чтобы готовить отечественные предприятия к суровым реалиям беспощадной конкурентной борьбы. И если она уклоняется от этого обязательства, то получается "избиение младенцев", что, собственно, и произошло с предприятиями распавшегося СССР.
Российские реформаторы первой волны совершили непростительную ошибку, допустив практически одномоментное радикальное открытие внутреннего рынка, чем дали мощный толчок примитивизации всей структуры экономики. Большую роль в этом опрометчивом шаге сыграло наше, можно сказать, детское обожание всего того, что делал и особенно говорил Запад. А он предложил нам концепцию "естественных конкурентных преимуществ", которую мы принялись реализовывать без особых оговорок.
Конечно, условия тогда, 25-30 лет назад, были принципиально иными. Благодаря горбачевской перестройке весь мир готовился жить в благостной обстановке. Холодная война, казалось, закончилась навсегда. Общечеловеческие ценности пришли на смену классовым. Все мы ожидали бурного расцвета мирного сотрудничества наций в экономике, культуре, науке. Геополитика стала бранным словом, а международное разделение труда бесконфликтным и выгодным для всех стран тогдашнего мира. У вас, говорили нам на Западе, хорошо получается нефть, газ, освоение других природных ресурсов, вот вы и поставляйте их нам, а все остальное, от колбасы до станков, мы поставим вам. И мы стали жертвой этой концепции. Это с одной стороны. А с другой стороны, страны, которые открылись миру раньше, большие страны, такие как Индия, Китай, они однозначно получили громадные преимущества от глобализации . Это крупные ориентированные на экспорт экономики, и они выиграли.
Получилось так, что Запад в итоге «прохлопал» такого гиганта. У всех была наивная надежда, что Китай как делал теннисные мячики и пластмассовые будильники, так видимо, и дальше будет делать. А оказалась совсем по-другому. Эти страны очень резко повысили эффективность своей экономики, а кроме того, к ним пошли западные капиталы. И в итоге они стали конкурентными по отношению к Западу, а все мы переживаем явление, которое я называю "бумеранг глобализации".
Непредсказуемый Трамп и экономическое неравенство
Как добиться устойчивого экономического роста

Здоровый свет