Сомнительные цели

a26694c6bed1bafbf7c2e4505f7b6089.jpg

Министр финансов России А. Силуанов с гордостью заявил о том, что дефицит бюджета РФ в следующем году будет самым низким за последние годы и составит 1,6% ВВП, а в 2019 и 2020 годах снизится до 0,9% и 0,8% ВВП соответственно. Эта новость преподносится как признак выхода экономики из кризиса. Однако я не могу согласиться с таким откровенно догматическим подходом.
Здоровые финансы – очень хорошая вещь. В принципе и людям, и стране желательно жить, что называется, «по средствам». Но бывают такие времена, когда это требование не работает. И это как раз наш случай.
Сегодня снижение дефицита бюджета достигается весьма примитивным способом – посредством снижения государственных расходов. В жертву бухгалтерскому сведению бюджета к уравниванию доходов и расходов Правительство приносит драйверы стратегического развития страны. Ведь экономить пытаются в т.ч. на образовании, здравоохранении, культуре и науке, что гарантированно снизит качество экономического роста, даже если он каким-то образом начнется. Хуже другое. В стране сложилось такое положение, когда частный сектор в силу разных причин не горит желанием включаться в инвестиционный процесс, без чего невозможен любой рост.
В этих условиях нет никакой альтернативы государственным инвестициям, которые должны пойти на финансирование мегапроектов и строительство так не достающих стране инфраструктурных объектов. Похоже, только такой подход в состоянии реально запустить механизм активизации экономической активности в современной России.
Отсюда следует, что государству нельзя ставить во главу угла цель сокращения бюджетных расходов. По моему мнению, допустимым в нашей специфической ситуации является размер дефицита в пределах 5-7% ВВП. Разумным решением было бы расширение долга как внешнего, так и внутреннего. Существует некий международный стандарт «нормального» уровня госдолга – 60% ВВП. В России сегодня он не превышает 15%. Так что потенциал для привлечения дополнительных денег в экономику у нас ещё сохраняется.
Сократить бюджетный дефицит и соответственно государственный долг , конечно же, надо, и это обязательно произойдёт вследствие увеличения налоговых поступлений, как только экономика выйдет на траекторию устойчивого роста.


Экспертами подготовлены предложения по росту НДФЛ до 17 %

Про отчет Правительства РФ за 2016 год
Государство и бизнес

Владимир Путин: ситуация в экономике пришла к стабилизации

Сегодня на совещании по экономическим вопросам президент России Владимир Путин высказался по поводу состояния отечественной экономике. По оценке главы государства, ситуацию можно назвать стабильной, но обольщаться не стоит – до окончательного выхода на путь роста говорить преждевременно.

Ситуация стабилизировалась, хотя говорить о ее кардинальном улучшении пока рано, - заявил Владимир Путин, слова которого приводит информагентство ТАСС.
При этом темпы роста производства в промышленности нельзя назвать рекордными – с начала года проимпроизводство выросло всего лишь на 0,3%. В пример Путин привел сельское хозяйство, темпы роста которого составили 3%.

Впрочем, радоваться нынешним результатам пока действительно рано – бюджет на грядущий 2017 год сверстан с дефицитом. То есть расходы страны превышают доходы, а значит все-таки придется залезать в кубышки – резервный фонд и фонд национального благосостояния. Но при этом важно не злоупотреблять, ведь потратить, как известно, можно сколько угодно. Дефицит федерального бюджета на 2017 год спрогнозирован на уровне 3,7% ВВП, что само по себе немало, и важно удержаться в этих рамках, подчеркнул президент. Хотя, что уж говорить, соблазн потратить больше всегда велик…

Два других важных показателя, инфляцию и безработицу, пока удается удерживать на приемлемых значениях: инфляция сейчас равна 4,7%, официальная безработица – 5,6%. По словам главы государства, такие показатели являются довольно неплохим результатом.

Оптимистичной точки зрения, хотя и с осторожностью, придерживается и главный экономист Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР), бывший ректор Российской экономической школы, Сергей Гуриев. Он отметил, что смотрит на будущее отечественной экономики с оптимизмом.

Когда это будет, я не могу сказать, но, безусловно, я остаюсь оптимистом и желаю вам разделять мою оптимистическую точку зрения, - сообщил Гуриев, которого цитирует в своей ленте новостей газета «Ведомости».
Санкции со стороны Европы и Америки, о которых сейчас так часто говорят как о серьезной причине не самой лучшей экономической ситуации в России, вместе с низкой ценой на нефть, по его мнению не являются главными проблемами страны. Основные вопросы – задекларированные, но не исполненные на деле реформы, и непривлекательность страны для инвестиций.

Мнение экономистов – хороший индикатор, а что скажете вы? Каковые главные проблемы нашей экономики? Предлагаю обсудить этот вопрос.

Почти половина россиян согласны на«серую» и «черную» зарплату: каковы последствия для самих работников и для экономики?

Европейский банк развития: российский рубль недооценен

Реиндустриализация экономики: почему это важно?


941c699633836385abd2668444c5adf6.jpg

Минфин снизил цену нефти на десятку, а расходы бюджета – на 5-10 процентов

Мировая цена нефти остается главным ориентиром для российского правительства при верстке бюджета. На последнем заседании кабинета министров было принято предложение Минфина считать доходы и расходы казны исходя из стоимости нефти в 40 долл. за бочку – бюджет нынешнего года писался из предположения о 50 долл. за бочку.
Минфин, как и положено хорошему бухгалтеру, должен быть скрягой и неустанно пугать тем, что вот-вот все доходы обрушатся и надо срочно сокращать расходы. К этому, в общем, сводятся многочисленные предложения финансового ведомства.
Противники такого подхода редко предлагают какие-то вменяемые рецепты сохранения или роста расходов, кроме лозунга «Деньги давай». Посчитать угрозы оскудения казны от падения цены нефти несложно, зато невозможно часто доказать выгоды от продолжения трат денег на реализацию всевозможных проектов.  Пока доходы растут – одно, но когда нефть падает в цене, правительство внимательнее прислушивается к Минфину.
Вот и на очередном заседании обсуждались лимиты финансирования госпрограмм на 2017-2019 годы. И была утверждена предложенная Минфином базовая конструкция будущего трехлетнего бюджета, которая подразумевает номинальную заморозку федеральных расходов на уровне 2016 г. при цене нефти в 40 долл.
Фактически речь идет о сокращении государственного финансирования по всем параметрам, ведь инфляция отнимают силу у рубля. Десятка год назад и десятка сейчас обладают разной покупательской способностью.
Заморозка даст, по прикидкам Минфина, сокращение дефицита бюджета до 1,2% в 2019 г. Но этого Минфину мало, предложено и то, как увеличивать доходы бюджета.
Прежде всего, утверждена норма дивидендов в 50% от чистой прибыли для госкомпаний без гарантий по тарифной политике. То есть, половину прибыли надо отдавать, но без обещаний того, что тебе позволят поднять тарифы для потребителей твоего газа, или электричества, или стоимости перевозок.
Это насторожило компании. К примеру, в «Россетях» газете «Коммерсант» заявили: «Выплата дивидендов является важным инструментом повышения инвестиционной привлекательности акций российских компаний с государственным участием. При этом для компаний, деятельность которых является регулируемой и связана с обеспечением надежного энергоснабжения, важно, чтобы решения о выплатах дивидендов были синхронизированы с тарифообразованием, чтобы избежать рисков влияния на долг и на инвестпрограммы».
Иными словами, перекладывать расходы, в том числе – по выплате дивидендов, на плечи потребителей, станет сложнее – каждый раз будут требоваться отдельные переговоры с властью.
Еще министр Антон Силуанов заявил о пятипроцентном сокращении неприоритетных расходов в госпрограммах. Кроме того, Минфин требует, как и в этом году, уже в начале 2017 г. не доводить до бюджетополучателей 10% расходов.
В прежние времена такой маневр назвали бы секвестром, но сейчас искусно избегают использования терминов, вызывающих нехорошие ассоциации.
Премьер Дмитрий Медведев говорил на заседании, что «Планируется сокращать и количество самих ФЦП (федеральных целевых программ). Невписавшиеся в лимиты финансирования ФЦП попадают в «лист ожидания». .. Решение о том, что с ними делать, мы примем позже в зависимости от того, как будут складываться доходы бюджета».
Надо помнить, что все много лет правительство пытается как-то урезонить размножение ФЦП, на которые уходят громадные деньги, но про реализацию которых, как правило, через год-другой уже забывают и начинают новые проекты. Это большой бизнес, сломать его трудно, если вообще возможно. А. Силуанов теперь предпринимает очередную попытку хоть сократить траты на бездонные программы.
При этом, заверил Д. Медведев, большая часть бюджетных средств будет направлена на расходы в соцсфере — на соответствующие программы планируется заложить около 4 трлн руб., в непрограммной части 45% расходов также будут социальными.
Еще для повышения сбалансированности бюджета Минфин продлевает на следующую трехлетку решения по недоведению лимитов на 10%. То есть, бюджет сокращает финансирование деятельности всех ведомств на десятую часть, надеясь на то, что удастся перекидывать деньги с неэффективных проектов на перспективные.
Так или иначе, получится у Минфина вести корректный отбор объектов для финансирования, или не выйдет, на сегодня очевидно одно – государство отстраняется от участия в стимулировании экономики. Это странно в том случае, если признавать наличие кризисных явлений, к примеру – падения цены нефти. В этом году Институт Гайдара оценивает влияние на динамику ВВП уровня бюджетных расходов как нейтральное. При предложенной Минфином бюджетной конструкции это влияние имеет высокие шансы стать уже негативным. Иные трудно предположить, если бюджет будет сокращать финансирование, но наращивать изъятия из экономики средств. Тогда есть шанс получить красивый бюджетный баланс, но не видно шансов на рост экономики.

Налоги плачу, а все равно не спится..
Правительство ищет доходы бюджета

Здоровый свет