При цене на нефть, которая колеблется у отметки в 50 долларов за баррель, развилка, перед которой стоят российские власти, очевидна: либо распечатывать резервы, либо девальвировать рубль. Причём возможности девальвации рубля являются весьма ограниченными, хотя эксперты уже подсчитали, что при таких ценах на нефть рубль должен подешеветь до 100-120 рублей за доллар. Только в этом случае можно покрыть растущий дефицит бюджета и упрочить позиции российских экспортёров. Дело, однако, в том, что российская социальная сфера не выдержит курса доллара ив 80-85 рублей, поскольку уже и такой курс поднимет инфляцию до уровня в 15%, который не позволит российскому бюджету компенсировать падение доходов населения.
Эксперты знают, что постоянное сжатие социальных расходов невозможно, а у производителей нет альтернативы ответу на инфляцию ростом цен, потому что в условиях низкой конкуренции в российской экономике у них нет стимула наращивать мощности, расширять производство и удешевлять продукцию.
Поэтому, стремясь снизить инфляционные риски, Центробанк, по свидетельству банковских аналитиков, начал вновь проводить политику искусственного сдерживания денежной массы, находящейся в обороте. В частности, финансируя коммерческие банки, Банк России выставляет на торги суммы, значительно меньшие, причём в разы, чем необходимо на осуществление банками своей операционной деятельности. Итогом этого курса является распродажа банковских активов и валюты, обрекающая банки на декапитализацию, а в худшем варианте - кражу и вывод капиталов и депозитов за пределы России, бегство из страны руководителей. В силу подобных обстоятельств, эксперты сомневаются в том, что приводимые официально данные об объёмах средств, находящихся на счетах российских банков, соответствуют действительности.
Вынужденная недобросовестность банкиров вполне уравновешивается столь же вынужденной «недобросовестностью» заёмщиков. В 2016 году объём плохих кредитов в России увеличился примерно на 30%, достигнув уровня около 1,3 трлн рублей. Это объясняется ситуацией в реальном секторе, где упала налогооблагаемая база, а реальные зарплаты снизились примерно на 11%.
Однако в состоянии закредитованности находятся не только домохозяйства, но и производственные предприятия, промышленный сектор, кредитная нагрузка которого составляет около половины всех оборотных средств предприятий. По информации академика С. Глазьева, доля прибыли, которую предприятия направляют на погашение процентов, превышает 10%,то есть промышленный сектор России функционирует себе в убыток.
.
