Здравствуйте!
Меня зовут Алина. Я риэлтор. В процессе работы, неделю назад столкнулась с чудовищной историей.
Уже неделю я пытаюсь найти психиатра, который займется установлением диагноза и госпитализацией героини истории.
По совету Инги Легасовой делаю перепост из моего Фейсбука. Рассчитываю найти понимание и поддержку:
"Меня сейчас вырвет.
Еще ни одна история квартиры не вызывала у меня такого чувства омерзения.
В 2004 году, умирает пожилая мать главной героини нашей истории. Смерть близкого человека послужила катализатором болезни, ранее никак себя не проявлявшей.
У героини, 1972г.р. (назовем ее Ириной) явно проявляются все признаки шизофрении. Это видят ее соседи, знакомые, и сама Ирина, в моменты просветления, четко осознает, что с ней произошло.
Больше смерти, Ирину пугает перспектива оказаться навечно запертой в психиатрической лечебнице.
Ирина получает наследные ½ квартиры на Таганке – вторая половина уже принадлежит ей по праву приватизации.
Тут на сцену выходит злой гений Ирины – тетка, сестра отца, Татьяна Яковлевна. Угрозами запереть в психушке навечно – Татьяна Яковлевна заставляет оформить Ирину доверенность на страшно пьющего отца.
Так, в 2004-2006 году, Ирина лишилась квартиры на Таганке.
В 2006 году, умирает дед Ирины, оставляя той в наследство шикарную квартиру на богатой набережной.
Шесть лет Ирина стойко держит оборону от тетки, вновь покушающейся на ее имущество.
Но Ирина как мы помним, болеет, и к врачу не идет. Болезнь прогрессирует.
В 2012 году, тетке удается окончательно запугать Ирину, и та, за смешную сумму в договоре, продает квартиру другой своей тетке, подставной Антонине Яковлевне, старой(75 лет) ничего не соображающей пьянице, действующей по указаниям своей сестры Татьяны.
Существует расписка на получение денег Ириной. Ирина написала ее своей рукой. Но даже этих смешных денег Ирина не получила.
Остатками разума, Ирина цеплялась за единственное – за прописку на Набережной. Угрозами и посулами, тетке удалось уговорить Ирину на продажу квартиры так, что по условиям в ДКП, Ирина оставалась там прописанной до того момента, пока сама не пожелает сняться с регучета.
В 2014, умирает пенсионер-алкоголик – отец Ирины. От отца Ирине достается комната в 2-к коммуналке, на Таганке.
На продажу комнаты Ирину уже долго уговаривать не пришлось. За Ирину, по доверенности, действовала все та же старая пьяница Антонина Яковлевна.
Все. Больше никакого жилья у Ирины не осталось. С 21 ноября Ирина БОМЖ. Суд выписал ее из квартиры на Набережной – ни на одно заседание Ирина не явилась.
Соседи из дома матери как могли, пытались помочь. Нанимали Ирине адвоката, писали письма в прокуратуру. Но Ирина, к счастью тетки-мошенницы ни за что не собиралась прийти ни в одно присутственное место, опасаясь, что ее тут же принудительно госпитализируют.
Квартиру на Набережной, за копейки, в феврале 2016, выкупили у тетки падальщики. Два «инвестора». На той инвесторше, вы не найдете где ставить пробы. Типаж советского завмага с халой и перламутровыми губами цвета фуксии.
Мои клиенты добросовестно собирались купить эту квартиру у «инвесторов». Я сделала то, что я могла. Выяснила, чем пахнут ремесла.
Ремесла омерзительно смердят.
А ведь без поездок по трем адресам, только на основании проверок – этой истории не сложить.
Ирина никогда не состояла на учете – сделкоспособна. Расписку в получении денег писала своей рукой, добровольно. Факт принуждения и запугивания – пойди, докажи.
А главное: Ирина НИКОГДА не обратится за защитой своих прав.
Деградация личности в полном расцвете. Ирина на данный момент совершенно социально неадаптирована и не в состоянии себя обслуживать.
Ее единственное жилье – закуток под лестницей, на Набережной.
Девочка, окончившая школу с золотой медалью, преподаватель английского языка в университете и… БОМЖ.
Уже НИКОГДА и НИЧЕГО у нее не будет хорошо.
Спасибо родственникам. Квартирный вопрос испортил москвичей."
Мои контакты: 8 903 772-15-05
Фб:
https://www.facebook.com/msk.realtor