НА ФОРУМАХ
106
7
79
8
64
5

Ольга Епифанова: «Главный урок пандемии – урок человечности»

Ольга Епифанова: «Главный урок пандемии – урок человечности»

Судьба Ольги Николаевны Епифановой не раз делала крутые виражи. В ее биографии есть и военная служба в Вооруженных силах, и общественная деятельность, и годы успешного предпринимательства. И вот новый виток - в сентябре 2020 года член партии «Справедливая Россия», депутат Государственной Думы двух последних созывов Ольга Епифанова приняла предложение главы Республики Коми стать представителем региона в Совете Федерации. Мы поговорили с Ольгой Николаевной о самых важных вопросах, волнующих сегодня общество – здравоохранении, ситуации с бизнесом и уроках пандемии.

Ольга Епифанова родилась в Новгороде. В 1994 году переехала в Архангельск, где создала свой бизнес, активно участвовала в благотворительных проектах.

В 2009 году избрана в Собрание депутатов Архангельской области. Является автором принятых на местном уровне законов, обеспечивших выплату пособий семьям, дети которых не посещают дошкольные учреждения и субсидирование доставки товаров первой необходимости в отдалённые районы области.

В 2011 году избрана председателем Регионального отделения партии «Справедливая Россия» в г. Архангельске. В декабре 2011 года становится депутатом Госдумы РФ от Республики Коми и Архангельской области. Председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей - с декабря 2011 по октябрь 2016 года. Заместитель председателя Государственной думы VII созыва - с  октября 2016 года по сентябрь 2020 года.

Автор и соавтор около тридцати законодательных инициатив, направленных на улучшение условий жизни граждан, в том числе, северян, на поддержку многодетных семей, защиту детства, на совершенствование социального обеспечения пенсионеров, инвалидов, «детей войны».

OK__5037.jpg

- Ольга Николаевна, еще раз поздравляем Вас с полученной недавно наградой – медалью ордена «За слуги перед Отечеством». Вы были депутатом Госдумы на протяжении 9 лет. Что из сделанного на посту депутата, председателя Комитета, заместителя председателя Госдумы считаете наиболее важным?

- Раньше, если бы меня спросили, чем из сделанного в Госдуме я горжусь, я бы, наверное, перечислила те яркие события, законопроекты, в работе над которыми я принимала участие. Но сейчас, когда мы все прочувствовали, насколько небезопасным стал мир вокруг нас, я понимаю, что все же самым важным для меня в эти девять лет была работа с людьми. Эта работа шла в двух направлениях: первое - с обращениями граждан, второе – работа с общественными организациями – НКО, благотворительными фондами, центрами для пожилых людей и инвалидов.

Самое главное достижение, наверное, в том, что ни одно обращение не было выброшено в мусорную корзину, каким бы странным оно поначалу ни казалось. Дело в том, что я не стремилась попасть в Госдуму. Это было стечение обстоятельств, причем, не самое в тот момент лучшее для меня. Мне нравилось жить в Архангельске, нравилось дело, которым я занималась – у меня был бизнес, в который было вложено много сил. И если бы наш лидер не перешел в какой-то момент в «Единую Россию», мне не пришлось бы брать на себя руководство региональным отделением партии «Справедливая Россия», не пришлось бы идти на выборы. Так и сложилось, что я стала депутатом Госдумы. Если ваша жизнь вне зависимости от планов круто меняется – значит, это дано «для чего-то». То есть, в жизни у вас появляется какая-то сверхзадача. Но нам не дано знать – ради чего именно. Я в этом убеждена, поскольку сама – человек верующий. Именно поэтому не могу пройти мимо любого обращения. За каждым из них – чья-то реальная история, боль, беда. Может быть, помощь вот этому конкретному человека – и есть та самая «сверхзадача».

С Первым заместителем Руководителя Администрации Президента Сергеем Кириенко.png

С Первым заместителем Руководителя Администрации Президента Сергеем Кириенко

На каждое обращение тратится много времени, сил, души, энергии. Человек, приходящий с проблемой, всегда считает, что мир настроен против него. И тот, к кому обратился, – тоже против. Часто письма составлены так, что сложно разобраться в сути изложенного. Это понятно - для человека возникшая проблема затмевает все, не дает взглянуть на происходящее со стороны, оценить ее объективно. Люди, «поварившись» в этой своей беде, говорят о деталях, уходят в нюансы, но не дают описания проблемы в целом. Приходится вникать, вычленять суть, а затем уже содействовать в ее решении.

Огромное количество времени всегда занимает прием граждан. У меня было четыре огромных региона - Архангельская область, республика Коми, НАО, ЯНАО. Проводила личный прием, когда приезжала в регионы. Вела прием и в режиме онлайн – еще до того, как это стало мейнстримом в период пандемии. Принимала обращения во всех соцсетях и по телефону. В каждом регионе у меня были помощники, и через этот канал тоже поступали обращения.

С Председателем Государственной Думы РФ VII созыва Вячеславом Володиным.jpg

С Председателем Государственной Думы РФ VII созыва Вячеславом Володиным

- С какими проблемами к Вам обращались чаще всего?

- С самыми разными. Приходилось заниматься и выделением земельных участков для многодетных семей, и темой предоставления жилья детям-сиротам, и многими-многими другими вопросами. Основная же проблема для жителей регионов – это здравоохранение, оно занимает первое место в рейтинге всех обращений. Но когда начинаешь вникать, оказывается, что вопросы возникают не только к качеству услуг, к медицинским учреждениям и медперсоналу, а в первую очередь к доступности лечения. Я же представляла северные регионы, где на очень больших территориях живет не так много людей. Это большие расстояния, далеко не везде есть дороги. Зимник лег – можно ехать. В другое время добраться до врача очень непросто. Был случай, когда экскаватор с одного берега реки передавал беременную женщину в ковше на другой берег. Когда шуга идет – невозможно навести понтоны, добраться до больницы очень сложно. То есть речь не только о здравоохранении, тут целый комплекс социальных проблем. Четыре года Комитет Госдумы вплотную занимался темой транспортной медицины, а также школьной медициной, орфанными заболеваниями.

- Вы были инициатором внесения изменений в Закон «Об охране здоровья граждан в РФ» в части орфанных заболеваний. В чем суть необходимых изменений?

- Орфанные заболевания (нозологии) очень разные, их много. С каждым годом все больше таких заболеваний переходит под ответственность государства.

Но пока, к сожалению, большинство по-прежнему находятся в ведении региональных органов здравоохранения.

К нам часто обращаются взрослые пациенты и родители детей с врожденными генетическими патологиями. Например, ко мне обратилась мама 14-летней девочки, находившейся в коме. До этого у ребенка не было проблем со здоровьем. Врачи сначала приняли ухудшение состояния за последствия перенесенного ОРЗ, затем ошибочно диагностировали красную волчанку. Мама просила о переводе дочери в Москву. Нам удалось направить девочку в федеральный центр. В результате выяснилось, что это тяжелое орфанное заболевание почек. Как правило, подобные генетические патологии выявляются в раннем детстве, поэтому врачи в региональной клинике не смогли определить точный диагноз.

После прохождения лечения девочке выписали очень дорогой препарат, стоимость одного укола – около 900 тысяч рублей. Мы провели переговоры, в итоге регион взял на себя ответственность за закупку препарата - речь шла о сумме 24 миллиона рублей в год. Для любого субъекта федерации – это огромная сумма. И тут возникает другая тема - когда в регионе выявляется человек, которому нужна дорогостоящая поддерживающая терапия, средства на его лечение берутся из той же статьи бюджета региона, который выделен на лекарственное обеспечение всех льготников – а в этом списке и диабетики, и сердечники, и люди с другими заболеваниями. И что происходит? Средств не закупку не хватает. Как депутат, я очень часто получала сообщения от людей, которые не могут получить положенные им препараты в аптеках. Поэтому всегда выступала за то, чтобы деньги на лекарственное обеспечение пациентов с орфанными заболеваниями выделялись из федерального бюджета. Чтобы болезнь одного человека не ухудшала состояние многих других пациентов. Это системная проблема, которая требует решения. Если продолжить историю той девочки, то там есть еще такой нюанс – если ей заменить почку, ребенок будет здоров. Цена вопроса - один миллион. Но ее лечением занимается регион, а трансплантология, операция на почке – в ведении федерального центра. В регионе просто нет нужных компетенций. Поэтому мы и настаиваем, чтобы «орфанники» были учтены в федеральном реестре, чтобы ответственность за них несли не регионы, а государство.

tbA5etPfYJmwtLIPBh5R9olnh4kXbv0A (1).jpeg

- Вы много занимались и проблемами людей с ограниченными возможностями. На ваш взгляд, какие условия власти и обществу необходимо создать для адаптации инвалидов и интеграции их в социум?

- Доступная среда для людей с ограниченными возможностями – это не только пандусы и лифты, это совокупность множества социальных проблем, которые надо решать комплексно. Здесь и отношение общества к инвалидам, и низкий уровень их вовлеченности в экономические, социальные процессы. Почему в Европе, в Америке, в Азии так популярно социальное предпринимательство, по сути объединяющее в себе принципы, на которых строятся бизнес и НКО? Потому что через эту форму государство решает многие социальные проблемы, в том числе проблему трудоустройства людей с ограниченными возможностями.

Расскажу, как решают эту проблему в Тайване и Южной Корее. Вот один из примеров. В учреждении живут 600 инвалидов с ментальными заболеваниями разной степени тяжести. Из них 200 могут работать, 400 не могут. Государство помогло учреждению с созданием бизнеса, взяв на себя начальный этап реализации проекта. На территории этого учреждения были оборудованы пекарни. Специалисты помогли разработать рецептуру печенья и упаковку для продукции, содействовали в прохождении процедуры сертификации, придумали специальный товарный знак, который клеится на каждую упаковку сладостей. Затем была проведена масштабная рекламная компания, в том числе и на центральных телеканалах страны. Жителям страны рассказали, что, покупая это печенье, они помогают людям с ограниченными возможностями, дают им шанс самим зарабатывать на жизнь не только себе, но и тем, кому здоровье не позволяет работать. То есть на начальном этапе государство вложилось в этот социальный бизнес. А дальше дело пошло. Несколько лет назад я общалась с людьми, которые занимаются этим бизнесом. На тот момент годовой оборот предприятия составлял около 6 млн долларов - уже без дополнительных государственных вложений. Живущие в этом учреждении люди построили новое, более комфортное жилое здание, которое выглядит как замок. Они самостоятельно решают, как распорядиться доходами, ощущают себя достойными членами общества.

И еще один пример. Весной прошлого года мы с руководителем Союза Женских Сил Ингой Валерьевной Легасовой участвовали в работе форума по социальному предпринимательству, который проходил в Южной Корее. Нам представилась возможность посетить компанию, в которой работают люди с ограниченными физическими возможностями. Государство выделило этой компании помещение под офис, была создана типография.

С Председателем Государственной Думы РФ VII созыва Вячеславом Володиным2.jpg

С Председателем Государственной Думы РФ VII созыва Вячеславом Володиным

Как известно, у нас в стране на каждые 100 человек штата руководители должны принимать одного человека с ограниченными возможностями. В Корее тоже есть аналогичные квоты для местных организаций. Но в Корее под этот же закон попали и представительства иностранных компаний. И если они не берут на работу гражданина Кореи с ограниченными возможностями - платят огромные штрафы. Но есть варианты. 80% штрафа снимается, если иностранная фирма заказывает товары и услуги у предприятий, где работают инвалиды. Вот на таком предприятии мы и побывали. Оно выпускает буклеты, визитки, самую разную рекламную продукцию для иностранных компаний. Есть и другие направления деятельности: флористика и разбор сложных отходов, подлежащих вторичной переработке - электроники, бытовой техники, сложной мебели. То есть люди с разными заболеваниями могут выбирать, чем будут заниматься – в зависимости от способностей и физических возможностей. При этом оставшиеся 20% штрафа от иностранных компаний также идет в пользу людей с ограниченными возможностями. Я думаю, это очень разумный государственный подход.

Но и у нас в советское время был накоплен хороший опыт в этой области. В городах при строительстве новых микрорайонов создавались предприятия для невидящих и слабовидящих людей. Рядом строились детский сад, школа, вся необходимая социальная инфраструктура. Например, в Архангельске была картонажная фабрика, позже для нее было закуплено типографское оборудование, предприятие стало выпускать печатную продукцию. К сожалению, в 90-е годы многое было разрушено, сейчас цеха этой фабрики простаивают.

Да, мы делаем для инвалидов съезды, пандусы, поручни. При этом иногда приделываем их на такой крутизны ступеньки, что инвалид по ним все равно никогда не сможет спуститься. В Америке, в европейских странах система отлажена и работает. Почему? Потому что в основу положена идея, что каждый человек должен без проблем доехать до места работы. А отработав и получив зарплату, заплатить налоги. Для решения этих прагматичных целей создаются логистические цепочки, позволяющие инвалидам безопасно передвигаться по городу. Может, нам стоит обобщить советский и международный опыт, и на основе этого создать условия для нормальной экономической жизни этих людей, для успешной реализации проектов по созданию социального бизнеса?

- Социальный бизнес, как и большинство других направлений малого бизнеса, оказался сейчас на грани выживания. Этот год вообще стал для предпринимательства большим испытанием. Как Вы оцениваете меры поддержки бизнеса, предпринятые правительством?

- Правительство столкнулось с ситуацией, когда надо было принимать очень непростые решения в очень сжатые сроки. Госдума, начиная с конца марта, создала рабочую группу под эгидой Комитета экономики и предпринимательства. Я вошла в Комиссию по МСП, в подгруппу, занимавшуюся стимулированием спроса. Перед нами стояла задача простимулировать спрос и создать условия, которые позволили бы бизнесу продержаться в сложный период с помощью таких инструментов, как государственные закупки, бюджетные средства. Но и в работе других подгрупп я тоже принимала участие. Мы распределили участки работы, потом все это сводили вместе. Параллельно работа велась во всех общественных бизнес-объединениях - в «Опоре России», в «Деловой России», в РСПП, в ТПП, в профсоюзах. Правительство оказалось под градом самых разных предложений. Министерства завалили инициативами - качественно проработанными и не очень. Идей было гораздо больше, чем тех, кто мог все это оценить и претворить в жизнь.

Одна из самых сложных проблем возникла с кодами ОКВЭД. На протяжении многих лет эта система не обновлялась, не совершенствовалась. Никто не задумывался, что полученные в начале 2000-х годов коды надо пересмотреть. Их рассматривали в первую очередь как технические, прикладные вещи, как форму отчетности для налоговой службы. И когда эти коды стали определяющим фактором, да еще и выбраны были каким-то иезуитским методом - получился абсурд. Дальше была суматоха с информационными ресурсами, отсутствием нормальной цифровизации. Предприниматели не понимали, положены ли им льготы, могут ли они рассчитывать на какую-то поддержку от государства, от региона. Предполагалось, что все будет размещено на платформе мойбизнес.рф. Но платформа не выдержала. Была полная неразбериха. Наша группа сформировала такую идею. У каждого предпринимателя на сайте налоговой службы есть личный кабинет налогоплательщика. И в этот кабинет ему приходят сообщения – «вы не доплатили то-то и то-то». Мы предложили, чтобы ровно таким же способом руководителям предприятий сообщали, какими льготами и мерами поддержки они могут воспользоваться. Это же логично - если тебе сообщают о том, что ты что-то не доплатил, то пусть здесь же тебя информируют, на что имеешь право, что ты можешь получить.

С председателем политической партии Справедливая Россия Сергеем Мироновым (2).jpg

С Председателем политической партии "Справедливая Россия" Сергеем Мироновым

Еще одной проблемой для предпринимателей в это и без того сложное время стало введение с 1 июля обязательной маркировки на несколько групп продукции, в том числе, на обувь, лекарства, одежду, табак, текстиль. Мы предлагали отложить введение маркировки, потому что для этого предпринимателям потребуется приобретать оборудование, дорогие импортные комплектующие, а сейчас бизнес и без того сильно «провис». Представители Минэкономразвития нас поддержали, потому что понимали - сейчас главное выжить, а не регулировать. А чиновники из Минпромторга не согласились с нами. И что мы видим сегодня? В аптеках, особенно в регионах, просто беда с недорогими лекарствами, да и с лекарствами вообще. При этом склады перегружены – просто не успевают маркировать. Мы кричали, писали, объясняли – но нас не услышали.

Есть и еще одна проблема, напрямую затрагивающая бизнес. С 1 января 2021 года отменяется упрощенная система налогообложения - Единый налог на вмененный доход. В Москве ЕНВД не применялся, но в регионах им пользовалось большинство предприятий, особенно в сфере торговли. В конце августа я выступила инициатором законопроекта, который предполагает продление режима ЕНВД до 2025 года. Прежде чем выйти с этой инициативой, направила письма во все регионы – каждому губернатору и каждому законодательному собранию. С вопросом: вы за продление или против? Подавляющее большинство регионов выступили за продление. Все понимают – отменят ЕНВД, и налогообложение сразу возрастет. Как бы нас ни убеждали, что альтернативные режимы не хуже, они все потребуют от предпринимателей больше средств. Сейчас совсем не время для резких движений и перемен, ну дайте же бизнесу встать на ноги!

- Ольга Николаевна, по Вашему мнению, какие уроки мы все вынесем из сегодняшней ситуации, связанной с присутствием в нашей жизни вируса?

- Я думаю, основным для нас стал урок человечности. В сложные времена у людей появляется потребность поддерживать друг друга – и это по-настоящему ценно. В период пандемии множество людей приняли участие в волонтерском движении, покупали и доставляли продукты и лекарства нуждающимся – пожилым людям, многодетным семьям, инвалидам. Предприниматели закупали медицинское оборудование и средства защиты для больниц и поликлиник. У России давняя история благотворительности и меценатства. Дома призрения, образовательные учреждения, бесплатные столовые – все создавалось на средства неравнодушных людей. И сегодня общественные организации способствуют восстановлению этих традиций. Это и есть гражданское общество, в котором каждый заботится о благополучии окружающих его людей.

Ирина Овечкина



Здоровый свет